Тарпаны

Алексей БУНЕВИЧ
научный сотрудник Национального парка "Беловежская пуща" «Навiны Камянеччыны», №№ 31-32
17.04.2004

Дикая лошадь, или тарпан, в недалеком прошлом был обычным представителем лесов Европы. Изображения этих животных и сцены охоты на них до наших дней сохранились в виде наскальных рисунков в пещерах Франции и Испании. Но уже в 16 веке в Западной Европе дикие лошади встречались только в Польше и Литве. Последним местом их пристанища стала Беловежская пуща.

В начале 15 века тарпанов в пуще было много. Это подтверждает хроника охоты князя Ягайло, который со своим отрядом заготавливал мясо для стотысячной армии. Рассказывалось, что во время охоты на крупного зверя (зубра, тура, лося, оленя, кабана) было отловлено арканами много диких лошадей, ими пополняли литовскую конницу. Низкорослый, серовато-гнедой коник не привлекал красотой, но был выносливым, подвижным, приспособленным к разным трудностям.

О времени исчезновения тарпанов в пущанских лесах есть сообщение Юлиуса Брынкена, главного лесничего Царства Польского. С его записей, дотированных 1826 годом, вытекает, что еще сто лет назад дикие лошади водились в этой пуще, а примерно до 1786 года они попадались, хоть и редко, в северной части Литвы. Автор пишет, что люди уничтожали этих животных, молодых отлавливали, а старых убивали. Последних отловленных тарпанов отправили в большой зверинец графа Замойского (недалеко от города Замостье), где их довольно долго держали вместе с другими дикими животными. Но в зверинце дикие лошади никакой пользы не приносили. Через 20 лет (приблизительно в 1806-м) их раздали крестьянам. Те скрещивали тарпанов со своими лошадьми. Полученное потомство имело все признаки диких предков: серую масть с черной полосой вдоль всей спины, низкорослость, смену зимнего и летнего волосяного покрова и т.д.

Тарпаны легко приручались. При своем среднем весе в 400 килограммов пара таких лошадей без особого труда тянула воз с грузом около трех тонн. Без трудностей тарпаны возили наездников, отлично перемещались в лесах, инстинктивно опуская голову перед наклоненными ветками, легко преодолевали поваленные деревья и пни, перескакивали через барьер до метра в высоту и даже больше.

Первым, кто заинтересовался исчезающими тарпанами, был профессор университета в Познани Тадеуш Ветулани. В 1933 году он предложил одновременно с зубрами возобновить в Беловежской пуще и лошадей. В 1936 году в 529 квартале пущи четыре гектара леса обнесли забором и выпустили туда купленных у крестьян лошадей с типичными признаками тарпанов.

На начало второй мировой войны (1 сентября 1939 года) в резервате тарпанов было 35 животных: 3 жеребца, 13 кобыл и 19 жеребят. В 1942 году 28 самых ценных животных немцы вывезли в Германию, а через год — еще 5. После войны профессор Ветулани вновь приехал в Беловежскую пущу, где в резервате и застал 15 коников — 7 старых и 8 с приплода военного времени. Среди них явно выделялись две формы: светло-мышиной и темно-мышиной масти. Профессор продолжал свою возобновленную работу до 1952 года, когда неожиданно умер. А без него дело пришло в упадок. Большую часть тарпанов вывезли в резерват в Папельно (Польша), остальных подарили разным институтам и продали частным лицам. Несколько голов оставили для показа туристам. Потомство этих лошадей (5–7 особей) демонстрируется в экскурсионных вольерах польской части пущи до настоящего времени, а приплод продается всем желающим.

В белорусскую часть пущи тарпанов завезли только в 1962 году. Но от первой пары потомства не было. Осенью 1968 года попросили у поляков еще две кобылы и одного жеребца, от которых в 1970 году получили двух маленьких мышастых жеребят со стоячей гривой и длинными пушистыми хвостами. С лета 1973 года группа тарпанов уже насчитывала 11 особей. Табун увеличивался, но случались и потери. В 1976 году четыре взрослые тарпана погибли от удара молнии, одного забодала самка зубра.

С 1970 года тарпанов-самцов в Королево-Мостовском лесничестве использовали для покрытия домашних кобыл. Полученных гибридов также называли тарпанами. Они были отличными животными во всех отношениях. Люди, которые развозили на них корм для других жителей пущи, были в восторге от этих тягловых лошадей.

Но в дальнейшем судьба тарпанов и в белорусской части пущи оказалась незавидной. В 80-х годах новая администрация пущи посчитала нецелесообразным «плодить дармоедов» (тарпанов было уже около трех десятков). Пару коней неожиданно разместили в экскурсионных вольерах, несколько продали, а остальных отправили на мясокомбинат.

Таким образом, в обеих частях пущи возобновление тарпанов с планируемым их выпуском на лоно природы провалилось. Туристы могут полюбоваться парой этих коников только в вольерах Национального парка.