Несколько историй из жизни бывшего корреспондента «Известий», рассказанных им самим

Александр ЧЕРНУШЕВИЧ
"Минский курьер", № 417
11.09.2004
Виктор Кондратьевич уже более тридцати лет живет в Москве. Но о Беларуси не забывает. Вот и в этом году он приехал сюда повидаться с родными и друзьями. Здесь прошли его детство, боевая юность. Здесь он много лет отдал журналистской работе. Повидал Плешевеня на своем пути немало. Его хорошо знали и первые лица республики, и многие жители городов и деревень. Некоторые из них стали героями его публикаций
В квартире родственников Виктора Кондратьевича, где прошла наша встреча, все напоминает о времени, выпавшем на послевоенные годы журналиста, – длинные стеллажи с томами подписных изданий, за которыми гонялись все книголюбы, массивная потертая от времени мебель, выцветший напольный ковер, по стенам развешаны трофейные пасторальные картины в тяжелых багетных рамах, в углу – огромные напольные часы с боем. Обстановка располагала к воспоминаниям. И Виктор Кондратьевич рассказал немало интересного.

«Журналистом я стал в партизанах»

Именно с этих слов начался первый рассказ.
– Сотрудничать с Любанской районкой я стал перед самой войной, еще школьником. Моя первая публикация называлась непонятным для полешуков заголовком – «Коллектор». Дело в том, что в те годы на юге Беларуси развернулась масштабная стройка – мелиорация Полесья. Может быть, поэма Янки Купалы «Над ракою Арэсай», рассказывающая об этом событии, вдохновила меня взяться за перо.
По–настоящему же опыт журналистской работы пришел к Виктору Плешевене в партизанском отряде. Во время одного из рейдов удалось захватить в Слуцке фашистскую типографию. Вывезли в лес все оборудование, бумагу, краску.
– Наш «Народны мсцівец» пришелся партизанам по душе. Четыре четвертушки стандартной полосы, а именно таким форматом печаталась газета, мгновенно расходились по землянкам. Читали вслух целыми подразделениями, а после передавали в соседний отряд или расклеивали на заборах в оккупированном Слуцке. Газету издавали вшестером. Возглавлял редакцию наш комиссар Ипполит Кононович (после войны ему присвоили звание почетного гражданина Слуцка). Главным редактором фактически был Николай Достанко, впоследствии ставший одним из ведущих журналистов Беларуси. Газета выходила нерегулярно, так как часто приходилось менять дислокацию бригады. Иногда не хватало бумаги, которую нам сбрасывали с самолетов. Печатались мы под псевдонимами, приходилось придумывать и фамилии для героев публикаций – у многих родные жили в ближайших деревнях. А однажды пришлось спасать типографию на острове посреди болота. На нем мы просидели в марте 44–го несколько дней. В стволе оставалось по одной пуле – для себя.

Как Плешевеня снял с работы министра

Работая в «Известиях», Виктору Кондратьевичу пришлось готовить материалы самого разного характера – от хвалебных панегириков об ударниках коммунистического труда до разгромных фельетонов, после которых не один начальник лишился насиженного места.
– Жил со мной в одном подъезде белорусский онколог Николай Александров – известное в мире светило, – рассказывает Виктор Кондратьевич. – Кстати, благодаря ему в шестидесятых годах был построен онкологический центр в Боровлянах. Общались мы мало, в основном «Здрасте» и «Как дела?». Возвращаюсь как–то поздней ночью из командировки, вижу свет в его окне. Дай, думаю, зайду. Николай Николаевич провел меня в квартиру. На полках – медицинская литература, на письменном столе – горы рукописных листов, по ночам писал научные труды. До утра сидели, разговаривали, чай пили. Поделился со мной Николай Николаевич трудностями, с которыми ему пришлось столкнуться при строительстве онкоцентра. Тогда–то и появилась в «Известиях» моя статья «Взгляд из подъезда». Как выяснилось позже, она сыграла плохую роль. Александров возмущался: «Зачем вы писали? У меня теперь масса неприятностей». Причина этого, оказывается, крылась в личных взаимоотношениях Александрова с министром здравоохранения БССР Иваном Инсаровым, лечившим первых лиц республики. Пришлось снова браться за перо и писать публикацию «Лично несимпатичен». Статья наделала немало шума. В Минск приехала комиссия Минздрава во главе с академиком Борисом Петровским. Факты, изложенные в моем материале, полностью подтвердились. Инсарова с работы сняли. А у меня появилась очередная головная боль. Вызвал на ковер Председатель Президиума Верховного Совета БССР Василий Козлов: «Ты почему, мать твою, до публикации со мной не посоветовался? Мы добьемся, чтобы тебя уволили. Кстати, и компромат имеется – твоя комсомолка». Козлов намекал на наши взаимоотношения с моей будущей супругой Клавой, работавшей тогда управделами ЦК комсомола. Пришлось просить зашиты у главного редактора в Москве Алексея Аджубея – человека тогда очень влиятельного, все–таки зять самого Никиты Сергеевича Хрущева. Выручил.

Как Хрущев оказался в волчьей яме

– Сейчас журналистам работать намного легче, – продолжает рассказывать Виктор Кондратьевич. – Запретных тем нет, не считая государственных тайн. А уж о жизни первых лиц страны известно все – кто, где, когда и с кем… В советские времена о личной жизни партийных и государственных чиновников ничего не сообщалось. Как известно, Хрущев был страстным охотником и частенько наведывался в Беловежскую пущу. Местные егери специально ему под ствол зайцев подгоняли. Как–то увлекшись, Никита Сергеевич умудрился свалиться в заготовленную для волков ловушку. С собаками искали его. Вытащили из ямы, а он: «Давайте стакан коньяку!» Один из егерей возьми да и ляпни: «Зачем, Никита Сергеевич, эту дрянь пьете? В нем же полно дубильных веществ. Вот, держите, нашей попробуйте». И наливает ему самогона. Взял Хрущев в руку стакан, посмотрел на свет – прозрачный, понюхал. «Сам делал? Молодец, хороший напиток!» И как грохнет стакан о дерево… Рядом стоявшие партийные шишки чуть в обморок не попадали – с самогоноварением тогда борьба шла не на шутку. Да и егерь призадумался. Но уже на другой день прислал ему Хрущев три ящика коньяка с напутствием: «Продукт твой хороший, но мой тебе тоже понравится». Ушлый же егерь тот коньяк продал, а на вырученные деньги свой крестьянский напиток гнал еще не один год.

Краснодеревщик Яков Орлов

– Есть неподалеку от Могилева деревенька Недашево, – начинает новую историю Виктор Кондратьевич. – Жил в ней краснодеревщик Яков Орлов. Слыл мастером на все руки. По заданию первого секретаря ЦК КП/б/Б Пантелеймона Пономаренко он должен был ко дню рождения Сталина изготовить подарок – инкрустированный столик. Работа почти была готова, оставалось только выложить из шпона текст: «Великому Иосифу Виссарионовичу Сталину – за счастливую жизнь от благодарного белорусского народа». А тут война. В деревне появились немцы. Кто–то донес на Якова. Нашли немцы у него на чердаке столик и вместе с ним мастера в Могилев отправили, в гестапо. Но увидел случайно работу Орлова комендант города. «Колоссаль!» – сообщил он в Минск гауляйтеру Кубэ. Тот и решил сделать подарок Гитлеру, изменив надпись: «Великому фюреру – за освобождение от большевизма от благодарного белорусского народа». Но не суждено было отправиться презенту в Берлин. Отбили у фашистов партизаны столик вместе с его хозяином, отвезли в лес, а затем отправили в Москву. Там Орлов и довел до конца свою работу. Еще лет тридцать назад, когда писал эту историю, я видел столик в Могилевском краеведческом музее. Давненько там не был. Может, сохра–нился…

Исторический козел

– Мне посчастливилось быть участником знаменитого партизанского парада в Минске 16 июля 1944 года, – вспомнил еще один эпизод Виктор Кондратьевич. – Вы, наверное, видели документальные кинокадры: замыкал колонну партизан козел на поводке, увешанный немецкими орденами. Добыли его бойцы из Вилейской зоны, разгромив один из вражеских гарнизонов. Поначалу хотели пустить козла на мясо. Но вступился за горемычного командир: «Он, бедный, столько натерпелся от фрицев – не отдам его под нож!» Так козел попал в историю.

Анекдот от Плешевени

– С обозревателем Александром Бовиным, недавно ушедшим из жизни, мы в редакции «Известий» соседствовали кабинетами. Его тучную фигуру можно было легко узнать в толпе. Часто встречались. Когда Сашу назначили послом в Израиле, к Горбачеву примчались чиновники: «Михаил Сергеевич, Бовина в Израиль назначают. Он же много пьет!» Горбачев, зная слабость журналиста, не растерялся: «Зато много закусывает!»
Не один десяток случаев из своей журналистской практики поведал Виктор Кондратьевич. И о том, как перессорились невестки одного из народных поэтов из–за наследства покойного. Как пришлось корреспонденту помочь устроиться на работу инженеру, вернувшемуся из мест не столь отдаленных (поводом для отсидки послужила статья Плешевени). Как москвич Саша Золотой из бересты делал клише для «Народнага мсціўца». Как боролся он с новоявленным гомельским «Мичуриным», предложившим сажать сосны, завязав их корни в виде галстучного узла – мол, так расти будут лучше. Чего только не было в биографии «известинца»! Какие–то материалы увидели свет, другие по разным причинам – нет. Что поделаешь… Такова журналистская судьба.

Визитная карточка
Виктор Кондратьевич Плешевеня. Родился 7 ноября 1923 года в деревне Озломы Любанского района. В 1941 году закончил девять классов. Во время Великой Отечественной войны находился в партизанском отряде имени Железняка бригады 64–й имени Чкалова. Участвовал в издании подпольной газеты Слуцкого РК КП/б/Б «Народны мсцівец». После войны работал в слуцкой районной газете «За сацыялістычную Радзіму!», республиканской газете «Звязда», журнале «Камуніст Беларусі», бюллетене «У дапамогу мясцоваму друку», на Белорусском радио, долгие годы являлся собственным корреспондентом газеты «Известия» в Беларуси. Окончил Минский пединститут и Республиканскую партшколу. Кандидат исторических наук. Имеет правительственные награды.