Три кола в лоно СНГ

Иван ОРЛОВ, Вечерний Брест", № 102, 22.12.2006

Одним из первых заданий, что я получил в газете «Вечерний Брест», была поездка в Беловежскую пущу 8 декабря 1992 года на празднование годовщины вискулевских соглашений. Они, как принято считать, стали концом Союза Советских Социалистических Республик. В текущем году не нашлось ни одного канала телевидения, который не отозвался бы на эту дату: такое впечатление, что у шоу-бизнеса дефицит тем для своих проектов. Давайте же вспомним, что было тогда в тот зимний день.

Как таковых коммунистов уже не было в качестве правящей структуры в стране, весь СНГ обходился без коммунистов как политической силы. Тем не менее группе возмущенных товарищей предоставили автобусы и позволили доехать до исторической территории державных охот. Тогда это было весело, смешно, Деда Мороза еще не канонизировали, и люди, стремящиеся в пущу для мести, не были интересны никому. Общество рвалось вперед - к карточкам потребителя, к «звериным» деньгам: ко всему, что оно получило в довесок к свободе говорить все, что вздумается.

Инициаторами и организаторами акции выступили брестские члены Партии коммунистов Белорусской во главе с первым секретарем Брестского обкома Павлом Дубиной. Были гости из столицы - в 1992 году их набралось аж две тысячи. Были флаги пятнадцати республик-сестер и транспаранты. После митинга, прошедшего в лучших коммунистических традициях, наступила кульминация мероприятия - забивание осиновых кольев в землю. Правда, до Вискулей митингующие не добрались, да и, скорее всего, их не пустили бы. Остановились возле музея Беловежской пущи и стучали топорами там. Процесс большевистского экзорцизма сопровождался словами: «В канун 70-летия образования СССР пусть этот осиновый кол послужит серьезным предостережением о пределе человеческого терпения, что все-таки придется отвечать за развал того, что вами не создавалось». А колов было всего три - по числу основных разрушителей. Некоторые зеваки и представители прессы ожидали, что появятся с контрцеремонией представители Белорусского народного фронта. Не появились.

В лучших традициях демократии последний секретарь обкома ехал обратно с народом, в автобусе. Ваш корреспондент, наблюдая недолгого вождя коммунистов Брестчины, невольно вспомнил слова, характеризующие другого вождя - «самый человечный человек». И товарищ Дубина был в тот день таким. Он негромко рассказывал кому-то из товарищей по партии, как сразу после путча от него шарахались те, кто еще вчера входил в кабинет на полусогнутых. И после этого стало по-человечески жаль секретаря. К слову, и пожил он после того недолго.

А нам еще предстояли пятнадцать лет реформ и экспериментов. И некому было сказать, как в известной комедии: на кошках тренируйся. По большей части коммунистической власти не жаль, хотя в глубине души тот, кто пожил при ней хотя бы полжизни, всегда найдет в ней и свои положительные стороны. Во всяком случае, пошлости и порочности тогда еще было принято стыдиться. Хорошо сказал об этом обычно немногословный Владимир Путин: у того, кто радуется распаду СССР, нет сердца, а у того, кто хочет его вернуть, - нет ума.


Написать отзыв / комментарий / мнение на Форум сайта