Повесть временных лет Беловежья
Светлана ЛИЦКЕВИЧ, «Советская Белоруссия», № 79, 17.04.1999
Много лет Беловежская пуща была местом настоящего паломничества -- на дикие красоты ехали посмотреть люди из Сибири и с Дальнего Востока.
Летом, в разгар туристического сезона, невозможно было снять номер не только в пущанских гостиницах, но и в пионерских лагерях, гостиницах и домах отдыха в радиусе пятидесятикилометровой зоны. Но несколько лет назад картина изменилась. Поток туристов в одночасье сократился почти на две трети. Начала приходить в упадок туристическая инфраструктура, многие номера в гостиницах за все лето открывали лишь пару раз -- чтобы проветрить и вытереть пыль.
К счастью, времена меняются. Сейчас настало время открыть для себя Беловежскую пущу еще раз. Тем более, что туристов здесь с нетерпением ждут -- отремонтированы и приведены в порядок гостиница и охотничьи домики, вновь разработаны разнообразные туристическая и культурная программы. Теперь пред очами любознательных туристов предстанет все: и долгое время закрытые от постороннего взора Вискули, и охотничий домик Машерова.
Заповедный напев
Единственное место, которое по-прежнему недоступно для посетителей, -- заповедный лес, где никогда не ступала нога человека. Сюда действительно никто не ходит -- даже если здесь вспыхивает очаг эпидемии, человек не вмешивается, предоставляя природе возможность самой регулировать равновесие. Пущанские леса -- малая проекция лесов всей Европы. Здесь единственное на континенте место, где светлые лиственные леса средней полосы соседствуют с густыми и мрачными таежными чащобами.
Беловежье -- это повесть временных лет, сохраненная природой. Под сенью дремучих лесов жили древние ятвяги. Остались здесь и их стоянки -- места, где впервые на континенте начали разработку железной руды, магические камни-жертвенники, которые до сих пор таят в себе загадочную силу. Феномен энергетики этих камней уже много лет изучают ученые разных стран.
За многие века своего существования пуща обильно поросла легендами. Есть здесь удивительное место, куда стекаются православные из разных стран. В чаще леса, на небольшой полянке лежит валун с гладкой, словно срезанной, поверхностью. На нем, по преданию, переобувалась Матерь Божья. В ясную погоду на камне отчетливо видны следы женских ножек, приблизительно 37-го размера в туфельках, а рядом -- босые. Верующие несут к камню образки, повязывают на ветвях деревьев обереги и оставляют записочки с просьбами к Великой покровительнице земли нашей. Говорят, что всякая добрая просьба, произнесенная на этом святом месте, непременно исполнится. Когда-то верующие хотели соорудить здесь капличку, но ученые воспротивились -- слишком большое количество посетителей может нарушить хрупкое природное равновесие.
Люди и звери
Зверь в Беловежье спокойный, непуганый. Но, несмотря на людскую заботу, живность к рукам здесь не приручают. Гордый лесной исполин -- зубр -- хоть и живет всю зиму на прикорме (пущанское стадо гигантских вегетарианцев съедает до 1.300 тонн сена и 1.000 тонн свеклы за зиму), но по-прежнему остается диким хозяином леса. Человек встречи с ним "нос к носу" побаивается.
Все сотрудники Национального парка, с кем довелось познакомиться, -- люди, бесконечно влюбленные в пущу. Всякий зверь для них, что дитя малое. Когда лесная мамаша отказывается от своего детеныша, "отказничка", словно родного, выхаживают люди -- не спят ночами, греют, кормят. "Хозяин" беловежского леса -- Василий Потапович Жуков, человек большой и добрый, может часами рассказывать о своих подопечных. У всех здесь, от директора до сторожа, одна общая любовь -- заповедная пуща, в которой сами выросли, которую для потомков берегут.
Зубр -- гордость Беловежья. В первую мировую войну их истребили полностью. Чтобы восстановить поголовье, зверей завозили из частных зоопарков всего мира. Теперь зубр настолько прижился в этих лесах, что десять лет назад в пуще было настоящее перенаселение -- стадо разрослось до 335 голов. Пришлось раздаривать исполинов другим национальным паркам Беларуси. Сейчас их осталось 230--235 особей. Это несколько больше, чем может прокормить здешний лес, -- оптимальное поголовье, которое может кормиться без помощи человека, -- около 200 особей.
По весне, когда сходит снег, в лесу целыми километрами подкопан мшистый покров -- следы зимовки дикого кабана. Так вепри добывают из-под снега корешки и личинки. Местные жители не советуют туристам уходить далеко в лес. В пору весеннего половодья мамаши-кабанихи выводят появившееся зимой потомство на первые прогулки. Полосатые малыши обожают принимать грязевые ванны в лужах на опушках. А поскольку у каждой мамы рождается до шестнадцати деток, все лужи становятся полосатыми -- маленькие пятачки, похрюкивая от удовольствия, нежатся в вешней воде. Мамаша ревностно стережет их от постороннего глаза. Лучше не встречаться с ней в такую пору. Отчаянных туристов, коим захотелось посмотреть на забавы маленьких поросят, егерям нередко приходится снимать с деревьев, куда их загоняет бдительная родительница. Говорят, люди с перепугу залезают по совершенно гладкому стволу корабельных сосен на высоту 10--15 метров -- у пущанцев даже есть специальные лестницы, которыми снимают горе-натуралистов.
Царский уголок
Беловежская пуща -- самый титулованный заповедник мира. В 1993 году ее земли были названы эталонной природоохранной территорией. Полтора года назад парк получил диплом Совета Европы. Под номером 73 Национальный парк Беловежская пуща занесен в каталог мирового наследия человечества наряду с сельвой Амазонки и водопадом Виктория.
Уголок этот испокон веков был любимым местом отдыха всей окрестной аристократии -- жаловали его литовские князья, польские короли и русские цари. До войны в Беловежье (центральной усадьбе пущи, сейчас территория Польши) находилась резиденция русских царей. Сохранился только царский тракт, построенный еще при Екатерине. Когда-то он был мощен булыжником и сплошь украшен ажурными коваными мостиками с царскими вензелями и двуглавыми орлами. Но годы советской власти внесли свои коррективы -- ценную ковку растащили, и долго еще можно было видеть, как частью ограды царского мостка подперт покосившийся забор чьего-либо огорода.
Сохранились в пуще следы войны. И на польской, и на белорусской территориях есть захоронения расстрелянных местных жителей -- фашисты намеревались создать здесь образцовое охотничье хозяйство для Геринга.
С 1957 года пуща стала заповедным охотничьим хозяйством. Сильные мира сего приезжали в Вискули утолить древний инстинкт охотника. И сам правительственный особняк, и расположенные неподалеку двухэтажные домики для высокопоставленных гостей были территорией секретной.
Сейчас, несмотря на то, что Вискули остаются резиденцией Президента, сюда водят экскурсии. Каждый может своими глазами увидеть место, где решилась судьба супердержавы, именуемой СССР, -- зал, где был подписан исторический договор, баню, где, по легенде, этот документ был придуман. Все это можно не только посмотреть. Здесь можно остановиться. Представьте себе, каким памятным может стать для молодоженов медовый месяц, проведенный в Вискулях, в особняке, где когда-то останавливались Шеварднадзе или Хонеккер. Многие бизнесмены привозят сюда иностранных партнеров -- можно и переговоры провести, и отдохнуть славно.
Особенности национального бескультурья
Несмотря на всю уникальность пущи, мелодии заповедных лесов иногда обрываются раскатами выстрелов. Чаще -- браконьерских. Находится немало самодеятельных охотников, которые едут сюда со всего СНГ пострелять непуганого зверя. Одни люди спасают этот первозданный уголок, другие его нещадно уничтожают. Это одна из главных печалей Беловежской пущи. Не счесть, сколько егеря снимают в сезон капканов, петель, сетей и удавок. В прошлом году на зимовку пришел зубр на трех ногах -- угодил в браконьерскую петлю. Привычка к свободе победила -- огромное животное освободилось, оставив в петле собственную ногу. К сожалению, у зверя началась гангрена и его пришлось отстрелить.
Помимо браконьеров, зачастую досаждают пущанцам и туристы. Стоит посреди пущи дуб-исполин, возраст которого перевалил за 500 лет. Обхватить его могут, как шутят гиды, пять европейцев или десять китайцев. На коре великана видна вся его история: лет двести назад по нему шарахнула молния -- исполин затянул страшную рану, в 20-х годах его хотели спилить -- на коре, покрытой мхом, виден след от пилы. Сейчас дуб, переживший столько напастей, стоит огороженный забором -- для великана, молчаливого свидетеля многовековой истории, серьезной опасностью оказались туристы-варвары, которые отдирают кору с древнего дерева на сувениры.
Лес без границ
По единому организму пущи проходит государственная граница -- 78 тысяч гектаров принадлежат Польше, а 86 тысяч -- Беларуси. Но разделение это только формальное. Олени, косули, рыси и даже ежики без всяких виз и паспортов ходят друг к другу в гости. Да и люди, которые работают в пуще, понимают, что в природе границ быть не может, -- пуща у них одна. Постоянно проводятся совместные заседания ученых советов, научные сотрудники парка ведут немало совместных разработок. Словом, водораздела здесь не существует. Совсем недавно в пуще состоялось беспрецедентное событие -- по инициативе Управления делами Президента и по взаимной договоренности между МИДом, МВД, таможенными и пограничными службами обеих стран был осуществлен первый упрощенный переход границы белорусскими туристами. Без лишних проволочек, сверив паспорта с поданной заявкой, людей пустили на экскурсию в Национальный Беловежский парк Польши. Сейчас ведутся переговоры о том, чтобы практика упрощенного перехода границы стала для туристов постоянной: ведь пуща -- единый организм, и границ для туристов, которые хотят ее понять, быть не должно.
Открытость пущи с обеих сторон -- хорошая возможность сравнить организацию туристической инфраструктуры. Тем более, что здесь нам есть чему поучиться. Каждый год Беловежский парк Польши посещает около 100 тысяч туристов из всей Европы. У нас же пока -- не больше 50 тысяч. Работа здесь организована четко -- любой гид может купить в Польском туристическом объединении лицензию на экскурсионную деятельность в пуще. В старейшем здании парка, бывшей резиденции гродненского губернатора, открыт образовательный центр, где у детей из всех уголков Польши проходят выездные уроки природоведения. Кроме того, как рассказал директор Беловежского парка Чеслав Акулов, у туриста есть возможность выбирать, где остановиться, -- в гостинице, принадлежащей парку, или в частном мотеле. Здесь все ориентировано на туриста -- одних только ресторанов в районе пущи работает шесть.
Туристическая инфраструктура нашей пущи еще во многом уступает польской. Но вместе с тем за последнее время очень многое переменилось к лучшему. Несколько лет назад, когда Национальный парк Беловежская пуща перешел в ведение Управления делами Президента, жизнь в пуще закипела. Изменились организация туризма, сервис, питание, транспортное обслуживание. Долгое время пущанские объекты оставались закрытыми -- здесь велись научные исследования и отдыхали представители высших эшелонов власти. Сегодня пуща -- главнейший объект экологического, познавательного массового и охотничьего туризма.
К тому же в нашей Беловежской пуще есть та романтика, которой нет ни в одном, даже самом лучшем парке мира. Чего стоит отдых в маленьком охотничьем домике на берегу лесного озера: потрескивание дров в камине, ночное пение соловья, который старается, кажется, для вас одного. А небольшие пробелы сервиса наверстаются, главное задаться целью. К примеру, пущанский ресторан в прошлом году стал победителем конкурса на лучший ресторан с национальной кухней -- таких лисичек в сметанном соусе или жаркого из дичи вы не попробуете больше нигде.
Минск -- Каменюки -- Беловежье -- Минск.